Матвей был из тех, на ком держится наша жизнь. Всегда серьёзный, основательный. Ни над кем зло не шутил. Брал и делал, если мог — помогал другим. Противоположность тем, кто пишет книги о счастье, а потом вешается в номере отеля, настоящий русский богатырь. Бегал по утрам, пил в меру, выглядел словно монумент — вроде неприметен и тих, но внутри сила, что и пудовым молотом не возьмёшь.
Казалось, ещё век простоит и не шелохнётся, но смерть — дура, она забирает не лучших, она забирает не тех, кому пора, и не тех, кого, как говорят дураки, «боги любят», она подрубает своей косой травинки жизней без разбору. И вот под эту косу попал один из нас... Нам остаётся лишь сомкнуть ряды и продолжить его дело — жить так, чтобы если кто и сказал дурное слово, то оно потонуло в гуле хороших.
Матвей был из тех, на ком держится наша жизнь. Всегда серьёзный, основательный. Ни над кем зло не шутил. Брал и делал, если мог — помогал другим. Противоположность тем, кто пишет книги о счастье, а потом вешается в номере отеля, настоящий русский богатырь. Бегал по утрам, пил в меру, выглядел словно монумент — вроде неприметен и тих, но внутри сила, что и пудовым молотом не возьмёшь.
Казалось, ещё век простоит и не шелохнётся, но смерть — дура, она забирает не лучших, она забирает не тех, кому пора, и не тех, кого, как говорят дураки, «боги любят», она подрубает своей косой травинки жизней без разбору. И вот под эту косу попал один из нас... Нам остаётся лишь сомкнуть ряды и продолжить его дело — жить так, чтобы если кто и сказал дурное слово, то оно потонуло в гуле хороших.
Авторизуйтесь на сайте, чтобы добавить комментарий.